14 августа // Генеральный директор Института изучения России Андрей Блинов был гостем студии телевизионной программы «Акцент», которая выходит на Первом деловом канале. Разговор был посвящён экономическим последствиям боевых действий на Южном Кавказе.

По словам эксперта, с точки зрения экономического развития проигравшей стороной является Грузия. Теперь ей потребуются сотни миллионов долларов на восстановление армии и инфраструктуры страны. Суммарные убытки можно оценить на уровне 10% ВВП. По данным московского Центра анализа стратегий и технологий, один день войны в Грузии обходился российским налогоплательщикам вдвое меньше, чем грузинским (104 млн против 200 млн долларов США). Ни на фондовом, ни на валютном рынке России эффект от войны не был значительным. Продолжающееся снижение стоимости нефти на мировом рынке говорит, что намного важнее другие тенденции, связанные с глобальным спросом на энерго- и другие ресурсы, структура которого после завершения подготовки Китая к Летним Олимпийским играм явно претерпела изменения.

А.В. Блинов заявил, что нет свидетельств того, что Россия наносит внутри собственной страны удар по бизнесу, владельцами которого являются этнические грузины. Намного сильнее было давление после «революции роз», когда в 2004–2005 годах вводились визы, запрещался экспорт в Россию грузинского вина и минеральной воды, инициировались постоянные проверки бизнеса, контролируемого грузинами, особенно в индустрии развлечений.

По мнению гендиректора ИИР, России удалось показать, что она остаётся единственным гарантом безопасности на постсоветском пространстве. Более того, мировое сообщество увидело, что Южный Кавказ может быть не менее нестабильным, чем Северный, а потому транспортировка каспийских углеводородов через территорию Грузии и Турции достаточно рискованна. То есть россиянам удалось продемонстрировать относительные преимущества так называемого «северного маршрута» транспортировки нефти (Каспийский трубопроводный консорциум).

В отношении динамики украино-российских отношений А.В. Блинов заявил следующее: «Я думаю, что Россия займёт ещё более прагматическую позицию и будет ставить на политические изменения в Украине. Прямое экономическое или политическое давление едва ли вероятно. Более ожидаемо полное сворачивание военно-технического сотрудничества, но этот процесс начался не сегодня, а ещё тогда, когда Украина высказала желание стать членом НАТО и не примыкать к промосковскому Ташкентскому пакту».